наша электронная почта

pravosoznanie74@rambler.ru

Двадцать лет спустя

Двадцать лет спустя

Двадцать лет спустя
В нашем смехе и в наших слезах, и в 
пульсации вен: Перемен!

 

Красная, красная кровь - через час уже просто земля,

Через два на ней цветы и трава, через три она снова жива

И согрета лучами Звезды по имени Солнце...

Виктор Цой

19-21 августа 1991 года – я участник этих событий. Даже была награждена нагрудным знаком: «за те дни и ночи, которые Вы провели, защищая по призыву Президента и Верховного совета конституционную власть, проявленные при этом мужество и самоотверженность».

 Депутат Челябинского областного Совета народных депутатов, избранная в марте 1990 года, в ходе единственных на моей памяти свободных от номенклатурного ресурса и давления выборов, 18 августа 1991 года я прилетела в Москву на Конгресс Соотечественников. В наполненную воздухом перемен Москву в августе 91 собрались те, кто верил, делал или хотел помогать делать человеческое лицо нашему новому государству: и Мстислав Растропович, в их числе, и многие-многие другие. Россияне в первом, втором и третьем поколениях, русское зарубежье из десятков стран - американцы, французы, израйлитяне, бельгийцы. Мы все были разных сословий и возрастов, но одинаково чистой и высокой пассионарности.

 Мы собрались обсуждать будущее Отечества, и наши совместные усилия. Конгресс должен был открыться 19 августа в Москве, и в течение 10 дней провести встречи в 6 российских городах. Я привезла свою тему: Экология и ВПК. Военно-промышленный ядерный комплекс на века «наследил» в Челябинской области. 45 лет это было тайной за семью печатями, и я была среди тех, кто вскрывал эти семь печатей, одну за другой. С новым министром экологии Николаем Воронцовым открывалось окно возможностей сформировать новую, честную, основанную на общественном благе и правах человека экологическую политику.

 В день открытия, 19 августа, вместо Конгресса я оказалась в Верховном Совете, тогда это здание уже звали Белым домом. Я пришла туда защищать мою демократию и мое новое государство. Я вошла туда 19 утром и вышла утром 21, после двух бессонных ночей, успев на заседание с опозданием, но открывшегося Конгресса Соотечественников.

 Но, все по порядку. Прилетев в Москву 18 августа, я остановилась у своей подруги в ближнем Подмосковье рядом с Минским шоссе. Рано утром 19-го – звонок из Челябинска от моего коллеги-депутата: у вас в Москве переворот! Будь на связи!

 Включаем радио: «в Москву выдвинуты танковые колонны». Выключаем радио – слышим тяжелый гул с Минского шоссе. В сознании, как ускоренная пленка, пронеслись детские впечатления – Венгрия, 1957, реки крови, террор, ужас. Сначала меня накрыл страх, потом ярость, потом сформировался план. Звоню домой 15 летнему сыну: «родной, если со мной что-то случится, позаботься о маленькой сестренке. Я иду на баррикады, ради вас». Депутатский значок перекалываю на обратную сторону лацкана пиджака, и – в путь. Думаю по дороге, что нужно будет сделать в тот момент, когда в автобус войдут автоматчики и начнут проверку документов или стрельбу.

 Автобус полон, внутри – напряжение и нервное молчание. Едет медленно вдоль военной колонны, растянувшейся по всему Минскому шоссе. Колонна движется еще медленнее. Танки, бронетехника, солдаты сверху. И вдруг – сначала тихий истерический смешок, а за ним громче, и дальше хохот всего автобуса. На обочине стоит сломавшийся бронетранспортер, на ней – беспомощный солдатик. Напряжение спало. Люди заговорили. Мы добрались до Министерства, где работала моя подруга. Я в Москве ориентируюсь слабовато. Она дает мне маршрутную инструкцию – «только не выходи на Манежную площадь». Может, что-то было уже загорожено, не знаю, но меня вынесло именно на Манежную. Толпа. Танки. На танке молодой офицер с пистолетом. Внизу народ. Помню отрывки криков: «Я не собираюсь в вас стрелять! – А зачем ты тогда пистолет вынул??».

 Пробираюсь в толпе, чтобы выйти к Верховному Совету. Ищу глазами хоть какую-то информацию. Как человек, организовавший свои выборы, понимаю важность информации в столь острый момент. В голове пульсирует: «плохо, опаздывают, опаздываю, опасно, быстрее…». Уже на подходе к Белому дому увидела первую листовку на стене – обращение к гражданам России! Дошла! Как региональный депутат влетаю по своему удостоверению. Говорю, послана поддерживать связь с регионом, информировать областных депутатов и защищать демократию. Так я оказалась в эпицентре лишь много позже мною осознанных процессов самоорганизации, участвовала в них, восстанавливала разорванные информационные связи и каналы. Введено Чрезвычайное положение. Все коммуникации отключены ГКЧП, а нужна была поддержка регионов. Чувствовала и понимала, как много связей мы держим в руках, как много событий может пройти через судьбу одного человека, и как важно когда ты понимаешь ценность, и информации, и событий, и направляешь их в желаемое русло.

 Приехал Руцкой. Приехал Ельцин. Из окна Верховного Совета вместе с челябинским депутатом Совета РСФСР смотрю Ельцина на танке. Слышно плохо. Позже, найдя распечатку, перезваниваю в Челябинск и диктую его речь... А дальше – напряжение и ожидание штурма – сначала в 3 дня, потом в 18, в 24… в 3 ночи… Еще днем 19-го пришло сообщение, что у нас есть защита, и часть военных с нами, но их очень мало. Утром 20-го началось движение техники снаружи.

 За прошедшие сутки произошла самоорганизация защитников как внутри, так и снаружи. Российские регионы постепенно наполнялись информацией. Говорили, что самолетами начали пересылать листовки по регионам. Их тексты я начитывала по телефону, в Челябинске записывали, печатали и распространяли. 20-го днем, в нашем штабе уже стало ясно, что Ельцину и его команде оказана огромная поддержка, и не только в уральских регионах.

 Но вокруг было столько неопределенности: кто с нами, кто – против…мы же все – одной крови!

 20-е августа началось с сообщений о перемещениях техники. Напряжение усиливается. К вечеру узнаем о начале движения колонн бронетехники к Белому дому, и о столкновении танков и его защитников. Сообщают о гибели людей на Васильевском спуске. Наступает переломный момент. Еще одна ночь полна тревоги, напряжения и ожидания провокаций. Под утро появляется надежда, что армия на штурм не пойдет, но есть еще группы спецназа и возможны иные провокации... И только к полудню 21-го, после многочисленных переговоров, стало ясно, что мы, отстояли право на принятие решений, на перемены и свободу.

 Был митинг победителей… Но я в нем уже не участвовала, хотя очень хотела. Я была уже на пути на Конгресс. И все же я опоздала на выступление Н.Н. Воронцова, о чем до сих пор жалею, но экологический круглый стол не пропустила, и свою миссию выполнила. И даже две.

 

Двадцать лет спустя, 19 августа 2011 года, на другом круглом столе, я рассказывала об этих событиях и своем участии в них. Никого из прямых участников этих событий приглашено не было. Хотя эти люди есть, и могли бы рассказать, что реально происходило в те дни в регионе, как здесь все бурлило, какие страсти и силы взаимодействовали, и как мы были активны.

 Рассказывая об этих днях, я упомянула, что мои американские друзья, как оказалось, стояли в наружном кольце Белого Дома. Приехав на Конгресс Соотечественников, они попали на баррикады. А я была в это же время внутри, в самом эпицентре. И это меня до сих пор удивляет. Какая пассионарность была разлита в воздухе, что свела нас в этой точке пространства-времени... А друзьями мы стали много позже – но вот этого я сказать не успела…

 Вопрос молодого раздолбая-пиарщика приземлил меня прямо в лужу современного информационного пространства: и сколько они вам за это заплатили?...

 И имени этого молодого шакала я не знаю, и знать не хочу. Хотя и получила «дружеское» похлопывание по плечу, когда он пробирался на свободное место за дискуссионным столом. Надеюсь, примет мое оценочное мнение, поскольку лучше меня знает современный политический контекст и имя национального лидера, что ввел этот термин в обиход…

 Вот что за 20 лет проделали с нашими детьми, какая тихая, но трагическая лоботомия проведена… и духовная коррозия, от которой мы не смогли их уберечь… Какая горечь…

 Пора, пора все начинать сначала…

 

Наталия Миронова, 21 августа 2011

Добавить комментарий

Другие новости

05 Сентября 2014 г.

Thumb_fasad_zdaniya Суд, вынося приговор, также обратил взыскание на приобретенные обманным путем квартиру и земельный участок

19 июня 2014 года судебная коллегия по уголовным делам Челябинского областного суда рассмотрела уголовное дело по апелляционной жалобе осужденной Ткачевой Л.А. на приговор Увельского районного суда Челябинской области от 25 апреля 2014 года, которым ее осудили по ч. 3 ст. 159 УК РФ (мошенничество) к 2 годам лишения свободы без штрафа и без ограничения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, на основании ч. 1 ст. 82 УК РФ реальное отбывание наказания отсрочено до достижения ее ребенком 14 лет.

28 Марта 2016 г.

Thumb_dom.74 Рента: четыре причины расторгнуть сделку

25 марта 2016 года на сайте www.domchel.ru была размещена статья о договоре ренты, в которой, в том числе, представлен комментарий Председателя ЧРОСПО «Правосознание» Бабина Алексея Анатольевича.

28 Августа 2017 г.

Thumb_dunjetvvwp-400xx300 Расследование уголовного дела в отношении мошенницы Тумаевой близко к завершению

В рамках проекта «Безопасность сделок с жильем» Челябинская региональная общественная социально-правозащитная организация «Правосознание» находится на связи с потерпевшими гражданами. Какой-либо официальной информации от органов полиции по данному делу нет, но, как сообщают граждане, в настоящее время потерпевшими от действий Тумаевой А.В. признано 92 человека.