Незаконное производство, приобретение и сбыт специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации

При реализации проекта «Помогать вместе» Челябинская региональная общественная социально-правозащитная организация «Правосознание» не только рассказывает о правах граждан и разъясняет способы защиты и восстановления прав, но и предупреждает о противоправных действиях, за которые может наступить ответственность.

Сообщается, что следственными органами Следственного комитета Российской Федерации по Челябинской области завершено расследование уголовного дела в отношении жителя областного центра, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 137 Уголовного кодекса Российской Федерации (нарушение неприкосновенности частной жизни), статьи 138.1. Уголовного кодекса Российской Федерации (незаконный оборот специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации).

По данным следствия, в 2019 году обвиняемый, с помощью специального технического устройства, следил за местной жительницей, незаконно получая информацию о ее передвижениях, чем нарушил неприкосновенность частной жизни.

Преступление выявлено сотрудниками регионального управления ФСБ России, которые осуществляли оперативное сопровождение уголовного дела. Следствием собрана достаточная доказательная база, в связи с чем уголовное дело направлено для рассмотрения в суд.

Юристы ЧРОСПО «Правосознание» разъясняют, что статья 138.1. Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает ответственность за незаконные производство, приобретение и (или) сбыт специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации

В примечании к данной статье разъясняется, что под специальными техническими средствами, предназначенными для негласного получения информации, понимаются приборы, системы, комплексы, устройства, специальные инструменты для проникновения в помещения и (или) на другие объекты и программное обеспечение для электронных вычислительных машин и других электронных устройств для доступа к информации и (или) получения информации с технических средств ее хранения, обработки и (или) передачи, которым намеренно приданы свойства для обеспечения функции скрытого получения информации либо доступа к ней без ведома ее обладателя.

При этом отмечается, что к специальным техническим средствам, предназначенным для негласного получения информации, не относятся находящиеся в свободном обороте приборы, системы, комплексы, устройства, инструменты бытового назначения, обладающие функциями аудиозаписи, видеозаписи, фотофиксации и (или) геолокации, с открыто расположенными на них органами управления таким функционалом или элементами индикации, отображающими режимы их использования, или наличием на них маркировочных обозначений, указывающих на их функциональное назначение, и программное обеспечение с элементами индикации, отображающими режимы его использования и указывающими на его функциональное назначение, если им преднамеренно путем специальной технической доработки, программирования или иным способом не приданы новые свойства, позволяющие с их помощью получать и (или) накапливать информацию, составляющую личную, семейную, коммерческую или иную охраняемую законом тайну, без ведома ее обладателя.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 46 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина (статьи 137, 138, 138.1, 139, 144.1, 145, 145.1 Уголовного кодекса Российской Федерации)» говорится, что уголовная ответственность по указанной статье за незаконные производство, приобретение и (или) сбыт специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, наступает в тех случаях, когда указанные действия совершаются в нарушение требований законодательства Российской Федерации (например, Федеральных законов от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», от 04 мая 2011 года № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности», постановлений Правительства Российской Федерации от 01 июля 1996 года № 770, от 10 марта 2000 года № 214, от 12 апреля 2012 года № 287) без соответствующей лицензии и не для целей деятельности органов, уполномоченных на осуществление оперативно-розыскной деятельности.

Также уточняется, что по смыслу закона технические устройства (смартфоны, диктофоны, видеорегистраторы и т.п.) могут быть признаны специальными техническими средствами только при условии, если им преднамеренно, путем технической доработки, программирования или иным способом приданы новые качества и свойства, позволяющие с их помощью негласно получать информацию.

В случаях, когда для установления принадлежности технического устройства к числу средств, предназначенных (разработанных, приспособленных, запрограммированных) для негласного получения информации, требуются специальные знания, суд должен располагать соответствующими заключениями специалиста или эксперта.

Верховный Суд Российской Федерации также разъяснил судам, что само по себе участие в незаконном обороте специальных технических средств не может свидетельствовать о виновности лица в совершении преступления, предусмотренного статьей 138.1. Уголовного кодекса Российской Федерации, если его умысел не был направлен на приобретение и (или) сбыт именно таких средств (например, лицо посредством общедоступного интернет-ресурса приобрело специальное техническое средство, рекламируемое как устройство бытового назначения, добросовестно заблуждаясь относительно его фактического предназначения).

Не могут быть квалифицированы по статье 138.1. Уголовного кодекса Российской Федерации также действия лица, которое приобрело предназначенное для негласного получения информации устройство с намерением использовать, например, в целях обеспечения личной безопасности, безопасности членов семьи, в том числе детей, сохранности имущества или в целях слежения за животными и не предполагало применять его в качестве средства посягательства на конституционные права граждан.

Проект «Помогать вместе» реализуется с использованием гранта Губернатора Челябинской области, предоставленного Фондом «Центр поддержки гражданских инициатив и развития некоммерческого сектора экономики Челябинской области».