Суд отказал в отмене приватизации квартиры

Кунашакским районным судом Челябинской области было рассмотрено гражданское дело по иску гражданки М. к гражданке Д., администрации Кунашакского муниципального района о признании недействительным договора безвозмездной передачи жилого помещения в доме усадебного типа с хозяйственными постройками в собственность граждан, признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону, выданном гражданке Д. после смерти гражданина Ю. на указанную квартиру, исключении записи о регистрации права из Единого государственного реестра недвижимости.

В обоснование иска она указала, что является внучкой гражданина М.Н., после смерти которого открылось наследство в виде жилого помещения. Посетив указанное жилье, гражданка М. узнала, что его занимают неизвестные ей лица. После обращения за юридической помощью ей стало известно, что указанная квартира зарегистрирована за ответчиком Д. Тем не менее, ей известно, что указанное жилое помещение, принадлежало ее деду М.Н. на основании договора приватизации. В указанной квартире также был прописан ее отец М.Б., который фактически принял наследство после смерти отца.

Представитель ответчика возражал против заявленного иска, указал, что в иске необходимо отказать в связи с пропуском срока исковой давности.

В судебном заседании установлено, что ответчик Д. является собственником квартиры. Право собственности ответчика на указанную квартиру зарегистрировано на основании свидетельства о праве на наследство по закону, согласно которому, она является наследницей гражданки Ю., которая стала собственницей квартиры на основании договора приватизации.

Также суд установил, что истец М. является дочерью М.Б., наследственное дело после смерти которого не заведено, также завещание от его имени не удостоверялось.

Истцом в обосновании искового заявления указано на нарушение ее наследственных прав в связи с имеющимся договором передачи жилых квартир в совместную собственность, согласно которому спорная квартира была передана в собственность М.Н., который приходился истцу дедом, а также уже умершему М.Б. отцом.

В судебном заседании установлено, что истец до настоящего времени к нотариусу с заявлением о принятии наследства не обратилась, в суд с заявлением о восстановлении срока для принятия наследства или об установлении факта принятия наследства не обращалась.

Вынося решение об отказе заявителю в удовлетворении требований суд указал, что истец, зная о смерти своего отца, а также претендуя на наследственное имущество, в установленный срок могла получить доступную информацию о наличии зарегистрированных прав на спорное имущество и обратиться в суд в установленный законом срок.

Не согласившись с вынесенным решением, истец М. обжаловала его в областной суд. В апелляционной жалобе она просила решение отменить, ссылаясь на неправильное исчисление срока исковой давности, который по ее мнению, составляет 10 лет с момента начала исполнения сделки. Также указывает, что договор приватизации, заключенный с М.Н., был зарегистрирован в исполнительном органе местного Совета народных депутатов, поэтому передача данного жилого помещения в собственность другому лицу в порядке приватизации незаконна.

Челябинский областной суд также отказал гражданке М. в ее требованиях. Апелляционная инстанция указала, что лицо, обратившееся за защитой прав и интереса должно доказать, что его право и интерес действительно нарушены противоправным поведением ответчика, а также доказать, что выбранный способ защиты нарушенного права приведет к его восстановлению.

Требования гражданки М. о признании недействительным договора приватизации мотивировала тем, что спорное жилое помещение передано в личную собственность гражданина М.Н. – ее деда, в связи с чем выбыло из муниципальной собственности и глава муниципального образования не имел права совершать сделки в отношении имущества, принадлежащего гражданам (наследникам М.Н.).

Материалами дела установлено, что гражданка М. не является наследником после смерти гражданина М.Н., оспариваемая сделка может повлиять лишь на ее права как наследника гражданина М.Б. (сына М.Н.). Сведения о том, что гражданин М.Б. при жизни оспаривал договор приватизации, и зарегистрированное право собственности гражданки Ю. на спорное жилое помещение, материалы дела не содержат.

Наследственное дело после смерти гражданина М.Б. не заводилось. Поэтому его смерть, в силу ст. 201 ГК РФ, не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления для требований истца, вступившей в спорные отношения в порядке универсального правопреемства.

В определении областной суд указал, что суд первой инстанции исходил из того, что истцом пропущен срок исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске. Доказательств, свидетельствующих о наличии уважительных причин, препятствующих своевременному предъявлению требований, истцом не представлено.

Довод гражданки М. о том, что срок исковой давности составляет 10 лет, не соответствует закону. В силу п. 1 ст. 181 ГК РФ (в редакции ФЗ от 21 июня 2005 года № 109-ФЗ, действующей на момент возникновения спорных отношений) срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет 3 года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Судебная коллегия посчитала, что выводы суда основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, правовая оценка которым дана судом по правилам ст. 67 ГПК РФ, и соответствует нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, в связи с чем доводы апелляционной жалобы о том, что суд не дал правильной оценки представленным доказательствам являются несостоятельными.

Таким образом, решение суда вступило в законную силу.